Вероника Тышкевич

Ты помнишь миг, в котором код колосьев был размещён в тебе Творца рукой? – как в рост идти, цвести, тучнеть, а после на время замирать, уйдя в покой. Шифрованный завет сумел сберечь и своим потомкам миллионы лет передаёшь, в него ввивая встречи, этюды выси и родных полей. Ты помнишь, как вдохнул впервые воздух? Как пережил потоп в бесчинстве гроз? Сверхновые врывались в этнос звёздный. Закатный луч лил киноварь на ость. Днём жарким поле пело а капелла и ближе клада влага от дождя. Империя росла из бездны пепла. Впервой руки касание… – что ждать? – от пальцев – ток! Внутри дрожь и поныне! Босой Адама правнук бросил в земь горсть зёрен – чтоб хлеба и завтра были. Жал стебли, и казалось, это – смерть. Живой свидетель ты. Что видел, слышал, вплёл филигранно в гениальный код, и снова за обедом хлебом пышным передаёшь историю веков. Пускай стал слаще, а тогда – честнее был в горечи пшеницы дикой, но в твоих новеллах о земле и небе ошеломляет истина времён.

Иллюстрация - Игорь Медведев * * * Где-то на неведомой планете каждый вечер ветер облака разгоняет, чтобы в солнца свете виден был простор издалека. И лучи, счастливые как дети, по планете бережно скользят. Наряжают блеском, разноцветьем наэлектризованный пейзаж. Здесь созвучны души – вечно вместе с мига сотворения времён. Но всё также радуются встрече каждый вечер, словно первый он. Искренне расцвечивает эти встречи солнце, в них плутая вновь. Свет... Любовь... Их сплав сродни комете, видимой с космических краёв.

Просто пиши. Никого не слушай. Излей на бумагу всё, что глушит. Пусть корявые строчки, не хватает рифмы. Что с того? Пиши в своём ритме. Беды твои для тебя лишь большие. Другим же ближе личные жизни. У них для проформы улыбок куча И недоумение: что ж тебя мучит?! А что внутри зияет дыра Или большая бездонная яма – Проблемы сугубо твои, сполна. Ну, вдумайся сам, кому это надо? Времени тут на себя не хватает, А копаться в тебе? Смешней не бывает. Но себе вот ты нужен по самые уши: Ты - ценность Вселенной. Не смейся – точно. Не верь, что вместо тебя кто-то будет Писать эти самые странные строчки. Вылился мыслей поток на бумагу, Быстро, стремительно с самого неба. Тебе стало легче. Вроде так надо. Сейчас уже можно вникнуть в проблему. Не страшно и не одиноко. Мысли Выход нашли между вымыслом, смыслом, Между дождями, ветрами, туманом. Такие, как есть. И пусть они странные. А душа твоя жаждет вниманья, заботы, Знает она твою суть всю и кто ты, Только пока она пеплом присыпана… Пиши, нить нанизывай разными ритмами. Пусть судят, смеются. Дело такое. У себя ты один, и это бесспорно, И только в твоих одних лишь руках Выбрать отчаянье, горечь и страх Или писать и стараться трудиться, Выудить все сокровенные мысли, Прополоскать их в лучах и проветрить, Не оставлять боль души безответной. А для этого надо просто писать, Выводы делать, думать, дышать. С души пыль стирайи просто пиши. Никого не слушай и не спеши. Пиши и дыши. Чувствуй дыхание. Это связь твоя с космосом, с высшим сознанием. Ты уникален, поверь. Хоть путь сложен, Каждый находится там, где быть должен. Пусть больно, не слушай. Пиши и дыши. Попробуй понять эту странную жизнь.

Иллюстрация: Jeanne Saint Cheron * * * Лёгкою бабочкой девочка в платьице кружится, кружится, не удержать её. Так элегантна, фигурка точёная и по натуре она утончённая. Нежная, хрупкая, очень изящная, жесты красивы, движенья скользящие, губки – кораллы, глаза полны искорок и улыбается девочка искренне. Тайны и мистика в ней, притягательна каждым изгибом, округлостью, статью и манит магнитом мужское внимание. Знает, что нравится, то – с пониманием. Счастье с ней кружится вместе по-дружески, жизнь её балует роскошью дюжею. В сердце – любовь, а уверенность ровная: знает, что надо, исполнится вовремя. Сказка красивая, в чём-то волшебная, главное – верить в мечты с хэппи-эндами. Девочка – в зеркале, в глаз отражении. Девочку любят. Что может важнее быть?

Иллюстрация: Дмитрий Лёвин, «Выпал первый снег» Во вчера – черным-черна по ночам вся околица, да воздух тягуч. И с рассветом – без концов и начал темнота от удручающих туч. Хоть бери, да схороняйся в домах, где пылающий камин или печь, липой, дубом да осиной дымя, сплин отводит от озябнувших плеч. А сегодня – волшебство снизошло и долой чернильный мрак со двора. От нашествия шального светло и торжественно-нарядно с утра. С вышины, из ниоткуда – полёт белокипенных клубов конфетти. Только глянешь – и сердечко поёт, и не хочется сидеть взаперти. Потому и раскуражился кот – то шагая, то почти набегу, выбирая то прыжок, то подскок, вырисовывает па на снегу. Снег же – белый-белый-белый. Совсем! И до умопомраченья пушист. Откружив, оттанцевав карусель, умостился и искрит от души.

Елене Троянской * * * Разве она виновата? А кто её спрашивал? Выкрали два солдата деву всех краше. Годков под завязку обоим – куда там! – желаем дочь богову! По жребию меж собою – с которым быть около. В двенадцать – уже вдовица. За прелести ли, за трон ли толпе ахиянской виться? Не было бы урона. А боги – им, правда, скучно. На Олимпе бы чем заняться? – Решить ста народов участь в знатном замесе знати! Муж – хорошо. А любовник? Оскорблён – промолчать негоже! Други цари, готовьтесь к бою! Подостынет запал – поможем! И в ход – всемогущих вышних арсенал изощрённых уловок. ВедОмые в брани вышли. Мир заколдован словно. Где же свобода воли? Где обитает богато? Тут страсти подвластно воинство. Елена в чём виновата? Выкрали, выдали, одурачили, оградили стенами, стражей. Приписали смерти и неудачи. А кто её спрашивал?!