Откровение монаха:" Второе пришествие Христа было в 1919 году, но никто не заметил..."

Я качнул головой, боясь перебить. — Рядом с ним люди засыпали с улыбкой. Самые ожесточённые убийцы, анархисты, белогвардейцы, большевики перед смертью плакали и просили прощения не у Бога, а у этого санитара. Он забирал их страх. Макарий рассказывал, что когда Исаак прикасался к горячечному лбу умирающего ребенка, жар уходил. Но не чудесным образом — санитар сам начинал тяжело кашлять, бледнел, принимая болезнь на себя. Он проживал тысячи чужих смертей каждый день. — И как закончился Его земной путь во второй раз? — тихо спросил я. — Так же, как и в первый, — вздохнул отец Илий. — Люди не изменились. В двадцатых годах Его арестовали. Без суда, просто по доносу — слишком спокойным Он казался на допросах, слишком свободно смотрел в глаза палачам. Его приняли за шпиона. Расстреляли в глухом овраге вместе с десятком других бедолаг. Обычная братская могила. Никто не сошёл с ума, солнце не померкло, завеса в храме не порвалась. Он просто ушёл, забрав с собой ту меру человеческого страдания, которую мир уже не мог вынести самостоятельно. Я смотрел на старца и чувствовал, как к горлу подступает ком. — Но зачем? Зачем нужно было приходить так… бессмысленно? Без спасения человечества, без установления Царства Божьего? Отец Илий посмотрел на меня с глубокой, почти отеческой нежностью. — А разве Он не спас нас? Сын мой, если бы Он тогда не разбавил человеческую ненависть Своей любовью в тех окопах и бараках, мы бы стёрли себя с лица земли ещё в середине прошлого века. Это была прививка милосердия. Он показал, что Бог не на небесах над облаками — Он в грязи, в госпиталях, в тюрьмах, рядом с каждым, кому больно. Он оставил нам главное — знание, что даже в абсолютной тьме можно оставаться человеком. — И разве в этом сила? — В этом величайшая сила! Христос ещё в первое своё пришествие показал, что спасение в самих нас. Бог внутри каждого и его нужно увидеть. — Значит, и храмы не нужны? — А что такое храм? Ярмарка тщеславия! Разве он примет бездомного? Накормит голодного? Даст работу нуждающимся? Храмы нынче нынче кишат сборщиками податей, которым до простых мирян дела нет. — А ваш монастырь тоже не нужен? — Мы здесь живём сами по себе. Едим хлеб выращенный своими руками. Нам не нужны никакие подати. Ты же вот пришёл за спокойствием? — Ну да... — И другие придут. Чем-то помогут, то картошку посадят, то сено соберут, а мы им кров. Прохлаждаться у нас некогда. Работы всегда полно. Старец поднялся, давая понять, что разговор окончен. Его столетнее тело двигалось медленно, но в каждом жесте была удивительная, неземная лёгкость. — Иди с миром, — тихо сказал он, благословляя меня. — И когда в следующий раз будешь читать новости и думать, что Бог забыл этот мир… вспомни санитара в серой шинели. Он всё ещё здесь. В каждом, кто протягивает руку помощи слабому. Я вышел из кельи. На улице уже стемнело. Над монастырём раскинулось огромное, невероятно чистое звёздное небо. Ветры стихли. И впервые за долгие годы я почувствовал, что в этом огромном, холодном космосе мы больше не одни.https://dzen.ru/a/al4WAAYIc3XuXAYP