Последние дни монархии и расцвет провокаторства что такое Великая российская революция

"Я был связан с Азефом дружбой. Долговременная совместная террористическая работа сблизила нас. Я знал Азефа за человека большой воли, сильного практического ума и крупного организаторского та­ ланта. Я видел его на работе. Я видел его неуклонную последовательность в революционном действии, его спокойное мужество террориста, наконец, его глубокую нежность к семье. В моих глазах он был даровитым и опытным революционером и твердым, решительным человеком. Это мнение в общих чертах разделялось всеми товарищами, работавшими с ним... Быть может, не все одинаково любили его, но все относились к нему с одинаковым уважением. Было не­ вероятно, что все товарищи могли ошибаться!..» С особым подчеркиванием сообщили эс-эры на суде об участии Азефа в покушении на цареубийство в 1908 г. Вместе с Савинковым, Карповичем и др. Азеф организовывал покушение на царя на пароходе «Рюрик». Если бы Азеф и хотел потом предотвратить это поку­ шение, он уже не мог бы это сделать, говорили эс-эры. На суде было констатировано, что и раньше не раз Азефа обвиняли в провокации, но на это эс-эры не об­ ращали должного внимания. Так, еще в 1903 г. в Петербурге молодой революцио­ нер Крестьянинов от одного знакомого рабочего, ока­ завшегося потом сыщиком, получил определенное ука­ зание, что Азеф — провокатор. С помощью Рубакиной он поднял вопрос об Азефе. Эс-эры и члены редакции «Русского Богатства», между прочим Пешехонов разбирали дело и пришли к заключению, что обвинения Азефа ни на чем не основаны и являются только про­исками охранки. Азеф плакал, оскорбленный гнусным обвинением в провокации. Его утешали и обвинителей заставили отказаться от их обвинения. В 1905 г. Меньшиков 118 через эс-эра инженера Ростковского передал эсерам анонимную записку о том, что в их партии есть два шпиона: Азеф и Татаров. Татарова эс-эры изобличили и убили, но решили, что (на этом особенно настаивал Чернов на моем суде) де­партамент полиции сознательно выдал эс-эрам Тата­рова, чрезвычайно важного провокатора, только для того, чтобы «бросить тень» на Азефа. В 1905 году такие же прямые указания на Азефа, как на провокатора, были получены от одного охран­ника в Саратове, в связи с приездом туда Брешковской 120 и в 1906 году — в Одессе через Тютчева 121. До эс-зров тогда же дошли слухи и о том, что однажды, это было уже в 1906 году, Азеф был охранниками аре­стован, но после каких-то переговоров выпущен. Все эти факты в свое время были известны эс-эрам лучше, чем нам, но они от них отмахивались и не обра­щали на них никакого внимания. О них Чернов на суде много говорил и видел в них лишь попытки департамента полиции скомпрометиро­вать Азефа. Он изумлялся, как для нас не ясны эти тон­ кие интриги охранников" (Бурцев В. В пгоне за провокаторами М.,Л.: Молодая гвардия, 1928).