Добро и Зло

Второй сезон нашего цикла фильмов «Тактическая медицина» объявляется открытым. И первый герой — инструктор по такмеду с позывным «Дада», что в переводе с бенгальского означает «старший брат». Морской пехотинец, и, глядя на него, понимаешь — он истинный «чёрный берет». На фронте вместе с ним воюет его младший братишка. Каждый день «Дада» работает под постоянной угрозой: дроны противника охотятся за ним, за его машиной, за его бойцами. Его задача — вытаскивать раненых, когда вокруг слишком горячо. А в перерывах между выездами он учит других, как выжить самому и помочь товарищу. «Дада», как он сам говорит, «живёт, когда едет на задачу». Морпех расскажет, как тактическая медицина на самом деле спасает жизни. Покажет реальные кадры с фронта, атаки противника и невероятные спасения бойцов и гражданских.

Второй сезон нашего цикла фильмов «Тактическая медицина» объявляется открытым. И первый герой — инструктор по такмеду с позывным «Дада», что в переводе с бенгальского означает «старший брат». Морской пехотинец, и, глядя на него, понимаешь — он истинный «чёрный берет». На фронте вместе с ним воюет его младший братишка. Каждый день «Дада» работает под постоянной угрозой: дроны противника охотятся за ним, за его машиной, за его бойцами. Его задача — вытаскивать раненых, когда вокруг слишком горячо. А в перерывах между выездами он учит других, как выжить самому и помочь товарищу. «Дада», как он сам говорит, «живёт, когда едет на задачу». Морпех расскажет, как тактическая медицина на самом деле спасает жизни. Покажет реальные кадры с фронта, атаки противника и невероятные спасения бойцов и гражданских.

«Дорога жизни» — так называет свой маршрут на линии фронта мотоподразделение «Ночные волки» интернациональной бригады «Пятнашка». И каждый выезд на этой дороге может стать последним. В нашем одноимённом фильме парни работали прямо под Бахмутом, в прифронтовой полосе. На мотоциклах и квадроциклах эти парни начали доставлять боеприпасы и провизию на передок, а главное — вывозить раненых под свист вражеских FPV-дронов до того, как это стало мейнстримом. Командир подразделения с позывным «Голливуд» воюет с самого начала СВО. После тяжёлого ранения и протеза он вернулся в строй — потому что по-другому не умеет. Рядом с ним его бойцы: «Хулиган», который на гражданке любил погонять без прав, бухгалтер «Эдвард», «Высотник» и другие добровольцы. У каждого своё прошлое и своё будущее, но настоящее у них одно — боевое братство и общая победа. В любой переделке товарища не бросают. Это правило здесь работает жёстче любого устава. Наш фильм — не просто интервью, а честный взгляд на войну в её буднях. Трудных, опасных, но полных долга и настоящих человеческих принципов.

Как живут мирные жители? Чем гражданскому населению разорённых конфликтом сёл и деревень помогают российские военные? Об этом расскажет документальный фильм «Спартак. Окраина».

Знали ли вы, что нервы можно лечить не только походом к психотерапевту или психологу, но и с помощью собственного жира? Нашего оператора БПЛА посекло осколками от взрыва и стекла, ударившего по машине дрона. Пострадала рука: нерв локтевого сустава оказался повреждён, конечность не могла двигаться. Медики из НМИЦ ВМТ им. А.А. Вишневского для лечения взяли жир с живота самого бойца, чтобы сделать подушку для нерва.

Второй сезон нашего цикла фильмов «Тактическая медицина» объявляется открытым. И первый герой — инструктор по такмеду с позывным «Дада», что в переводе с бенгальского означает «старший брат». Морской пехотинец, и, глядя на него, понимаешь — он истинный «чёрный берет». На фронте вместе с ним воюет его младший братишка. Каждый день «Дада» работает под постоянной угрозой: дроны противника охотятся за ним, за его машиной, за его бойцами. Его задача — вытаскивать раненых, когда вокруг слишком горячо. А в перерывах между выездами он учит других, как выжить самому и помочь товарищу. «Дада», как он сам говорит, «живёт, когда едет на задачу». Морпех расскажет, как тактическая медицина на самом деле спасает жизни. Покажет реальные кадры с фронта, атаки противника и невероятные спасения бойцов и гражданских.

Российские военные медики спасают не только от смерти, они восстанавливают и не жизненно важные на первый взгляд части тела. Героя этой истории зовут Иван: ещё при освобождении Курской области его группу атаковали четыре FPV противника. Парню перебило указательный палец на руке. Казалось бы, ранение не серьёзное, но врачи решили помочь. И самым необычным способом. Ивану сделали новый палец на руке из пальца на ноге — и тоже из указательного.

Второй сезон нашего цикла фильмов «Тактическая медицина» объявляется открытым. И первый герой — инструктор по такмеду с позывным «Дада», что в переводе с бенгальского означает «старший брат». Морской пехотинец, и, глядя на него, понимаешь — он истинный «чёрный берет». На фронте вместе с ним воюет его младший братишка. Каждый день «Дада» работает под постоянной угрозой: дроны противника охотятся за ним, за его машиной, за его бойцами. Его задача — вытаскивать раненых, когда вокруг слишком горячо. А в перерывах между выездами он учит других, как выжить самому и помочь товарищу. «Дада», как он сам говорит, «живёт, когда едет на задачу». Морпех расскажет, как тактическая медицина на самом деле спасает жизни. Покажет реальные кадры с фронта, атаки противника и невероятные спасения бойцов и гражданских.

Второй сезон нашего цикла фильмов «Тактическая медицина» объявляется открытым. И первый герой — инструктор по такмеду с позывным «Дада», что в переводе с бенгальского означает «старший брат». Морской пехотинец, и, глядя на него, понимаешь — он истинный «чёрный берет». На фронте вместе с ним воюет его младший братишка. Каждый день «Дада» работает под постоянной угрозой: дроны противника охотятся за ним, за его машиной, за его бойцами. Его задача — вытаскивать раненых, когда вокруг слишком горячо. А в перерывах между выездами он учит других, как выжить самому и помочь товарищу. «Дада», как он сам говорит, «живёт, когда едет на задачу». Морпех расскажет, как тактическая медицина на самом деле спасает жизни. Покажет реальные кадры с фронта, атаки противника и невероятные спасения бойцов и гражданских.

Он сидит в кадре в форме ВДВ и тельняшке — внешне суровый, по-военному подтянутый мужчина. Но стоит заговорить о деле всей его жизни, и за этим строгим взглядом открывается человек, для которого спасение и обучение стали не просто профессией, а смыслом. Андрей Михайлович Волков — заместитель начальника кафедры хирургии Военно-медицинской академии, Заслуженный врач России. В этом интервью нет сухих цифр и казённых фраз. Есть глубокая философия человека, который прошёл путь от мальчишки, вдохновлённого трилогией о враче Устименко, до одного из ведущих кардиохирургов страны. Он говорит о том, как военный врач отличается от гражданского, о трёх этапах обучения хирургов — от «смотри, как делаю я» до «делай вместо меня» — и о том, почему лучшая операция та, которую можно не делать. За плечами Андрея Михайловича и его коллег более тысячи операций в год, из которых около полутора сотен особо сложные, в том числе с остановкой сердца. Он расскажет о первом ритуале молодых хирургов — той самой «помывке на операцию», о работе в прифронтовых регионах и о том, сколько нужно провести операций, чтобы стать высококлассным специалистом. Но главное, он честно ответит на вопрос, как научиться переживать смерть пациента, когда сделано всё возможное и даже больше. Это разговор не просто о медицине. Это разговор о долге, выборе и цене каждой спасённой жизни.

Он сидит в кадре в форме ВДВ и тельняшке — внешне суровый, по-военному подтянутый мужчина. Но стоит заговорить о деле всей его жизни, и за этим строгим взглядом открывается человек, для которого спасение и обучение стали не просто профессией, а смыслом. Андрей Михайлович Волков — заместитель начальника кафедры хирургии Военно-медицинской академии, Заслуженный врач России. В этом интервью нет сухих цифр и казённых фраз. Есть глубокая философия человека, который прошёл путь от мальчишки, вдохновлённого трилогией о враче Устименко, до одного из ведущих кардиохирургов страны. Он говорит о том, как военный врач отличается от гражданского, о трёх этапах обучения хирургов — от «смотри, как делаю я» до «делай вместо меня» — и о том, почему лучшая операция та, которую можно не делать. За плечами Андрея Михайловича и его коллег более тысячи операций в год, из которых около полутора сотен особо сложные, в том числе с остановкой сердца. Он расскажет о первом ритуале молодых хирургов — той самой «помывке на операцию», о работе в прифронтовых регионах и о том, сколько нужно провести операций, чтобы стать высококлассным специалистом. Но главное, он честно ответит на вопрос, как научиться переживать смерть пациента, когда сделано всё возможное и даже больше. Это разговор не просто о медицине. Это разговор о долге, выборе и цене каждой спасённой жизни.

Алексей со своими сослуживцами ехал в отпуск, и им оставалось всего полтора километра до безопасной зоны. Но именно в этот момент в автомобиль прилетел беспилотник и ударил точно в то место, где сидел Алексей. Он сразу лишился ноги, сослуживцы отнесли его в безопасное место и они дожидались эвакуации. Если бы не боевые товарищи и быстрая работа врачей, то Алексей мог погибнуть.

Иван Радевич получил ранение, освобождая Курскую область. Это было уже шестое ранение, которое он получил за 3 года. По словам офицера, он всегда возвращался в строй, и новое повреждение не станет для него препятствием.

Командир отряда БПЛА «Вега» 24-й отдельной бригады спецназначения с позывным «Бармалей» — человек, чей армейский путь на войне начался задолго до СВО. Сначала Суворовское училище, потом войсковая разведка, а затем спецоперация. До дронов его отряд занимался огневой поддержкой — ПТУРы, гранатомёты, бронемашины. Но один момент изменил всё: когда «Бармалей» увидел, как маленькая «птичка» уничтожает целую БМП, он понял, что надо меняться и развиваться. Так появился первый пробный расчёт БПЛА, который позже вырос до полноценного разведывательно-ударного отряда, на вооружении которого от FPV, собранных в полях, до Supercam, Zala и «Орланов». В этом интервью командир, как и положено, говорит не столько о себе, сколько о своих бойцах — потому что успех отряда держится на них. О том, как изменился фронт с приходом дронов, о людях-самородках, которые проявились на войне, о военном быте спецоперации и об отношении к противнику. Простыми словами о том, как живут и воюют те, кто сегодня держит небо.

Когда в 2022 году под Бахмутом погиб отец-штурмовик, «Хомяк» увидел его в цинковом гробу и в тот же момент принял решение. Сначала он пошёл на СВО с мыслью мстить. Но на войне ему сразу объяснили: такой настрой не приведёт ни к чему хорошему. С отцом он был не в самых тесных отношениях, но по первому же зову бросал всё и приезжал помогать. А когда сам «Хомяк» в детстве переходил границы, отец строго ронял всего одно слово — «Юноша», и этого хватало, чтобы сын всё понял без лишних объяснений. Попал он в мотоподразделение «Ночные волки» Интербригады «Пятнашка», в группу обеспечения, возить на квадриках боекомплект и медикаменты. На первом же выезде его расчёт накрыл вражеский FPV-ждун. С тех пор «Хомяк» вынес для себя главный закон: береги себя, но прежде всего — береги товарищей. Сослуживцы для него стали братьями, а война — не местью, а ответственностью. Что значит для него честь, память об отце и та самая фраза «Юноша» — смотрите в нашем новом интервью.

Вторая серия цикла «Гонка на выживание» — история, от которой может остановиться сердце. Осколок БПЛА через лёгкое вошёл бойцу прямо в сердце. Малейшее смещение — и осколок ушёл бы в мозг, а дальше инсульт и смерть. Врачи понимали: медлить нельзя, решение нужно принимать мгновенно, ведь каждая секунда работает против. Чтобы спасти парня, пришлось остановить сердце и провести сразу две операции за один раз. В операционной шло не всё гладко: с первого раза нащупать осколок не получалось, обстановка накалилась до предела. Этот фильм о том, как хирурги в прямом смысле забирают у смерти её добычу. Заходим и смотрим на эксклюзивные кадры работы начальника центра кардиохирургии НМИЦ ВМТ им. А.А. Вишневского Александра Лищука и его команды.

Вторая серия цикла «Гонка на выживание» — история, от которой может остановиться сердце. Осколок БПЛА через лёгкое вошёл бойцу прямо в сердце. Малейшее смещение — и осколок ушёл бы в мозг, а дальше инсульт и смерть. Врачи понимали: медлить нельзя, решение нужно принимать мгновенно, ведь каждая секунда работает против. Чтобы спасти парня, пришлось остановить сердце и провести сразу две операции за один раз. В операционной шло не всё гладко: с первого раза нащупать осколок не получалось, обстановка накалилась до предела. Этот фильм о том, как хирурги в прямом смысле забирают у смерти её добычу. Заходим и смотрим на эксклюзивные кадры работы начальника центра кардиохирургии НМИЦ ВМТ им. А.А. Вишневского Александра Лищука и его команды.

Вторая серия цикла «Гонка на выживание» — история, от которой может остановиться сердце. Осколок БПЛА через лёгкое вошёл бойцу прямо в сердце. Малейшее смещение — и осколок ушёл бы в мозг, а дальше инсульт и смерть. Врачи понимали: медлить нельзя, решение нужно принимать мгновенно, ведь каждая секунда работает против. Чтобы спасти парня, пришлось остановить сердце и провести сразу две операции за один раз. В операционной шло не всё гладко: с первого раза нащупать осколок не получалось, обстановка накалилась до предела. Этот фильм о том, как хирурги в прямом смысле забирают у смерти её добычу. Заходим и смотрим на эксклюзивные кадры работы начальника центра кардиохирургии НМИЦ ВМТ им. А.А. Вишневского Александра Лищука и его команды.

Встречаем премьеру второго сезона цикла фильмов «Гонка на выживание» про российских военных медиков, которые проводят операции на грани фантастики. И начинаем мы с бойца, которому на фронте осколок дрона пробил череп, прошёл весь мозг и остался там. Ранение привело к амнезии, практически лишило парня речи и движения. Самое страшное, что он даже не помнит свою маму. Он жив, но полноценная жизнь уже кажется в прошлом. Всё могло сложиться печально, но в дело вступает коллектив первоклассных врачей НМИЦ хирургии имени А.В. Вишневского во главе с начальником центра нейрохирургии. Сложнейшая подготовка, точный расчёт и хладнокровие — в новой серии «Дрон-нейрализатор».

Командир отряда БПЛА «Вега» 24-й отдельной бригады спецназначения с позывным «Бармалей» — человек, чей армейский путь на войне начался задолго до СВО. Сначала Суворовское училище, потом войсковая разведка, а затем спецоперация. До дронов его отряд занимался огневой поддержкой — ПТУРы, гранатомёты, бронемашины. Но один момент изменил всё: когда «Бармалей» увидел, как маленькая «птичка» уничтожает целую БМП, он понял, что надо меняться и развиваться. Так появился первый пробный расчёт БПЛА, который позже вырос до полноценного разведывательно-ударного отряда, на вооружении которого от FPV, собранных в полях, до Supercam, Zala и «Орланов». В этом интервью командир, как и положено, говорит не столько о себе, сколько о своих бойцах — потому что успех отряда держится на них. О том, как изменился фронт с приходом дронов, о людях-самородках, которые проявились на войне, о военном быте спецоперации и об отношении к противнику. Простыми словами о том, как живут и воюют те, кто сегодня держит небо.